Вернувшись домой, я нашла бабушку на полу, но её странная просьба заставила меня притвориться без сознания
Встреча с Николаем Степановичем была назначена в старом сквере, у реки. Это было место, где гуляли только собачники и мамы с колясками, идеальное для того, чтобы остаться незамеченными. Екатерина пришла раньше.
Она сидела на скамейке, делая вид, что читает книгу, но ее глаза сканировали аллею. Когда появился Руденко, она едва узнала его. В потертой куртке и кепке он выглядел как обычный пенсионер, вышедший покормить уток.
Он сел рядом, не глядя на нее, достал из кармана кулек с семечками и начал бросать их голубям. «За тобой никто не шел?» — тихо спросил он.
«Нет. Богдан на работе, Ирина уехала к себе».
Руденко кивнул и незаметно положил на скамейку между ними маленький черный предмет, похожий на флешку. «Это диктофон. Пишет чисто даже из кармана или сумки, заряда хватает на сутки. Можно включать вручную или по голосу».
Екатерина накрыла устройство ладонью и быстро спрятала в карман пальто. «Спасибо».
«Не благодари пока. Слушай внимательно. Я проверил Кравченко. Он принял проект документов, но пока не передал их на регистрацию. Ждет оплаты и окончательного оттиска».
«Сколько у нас времени?» — спросила Екатерина.
«Несколько дней. Ирина должна заплатить ему за риск и ускорение, а сумма немаленькая. Сейчас она пытается занять деньги под обещание будущей квартиры. Обычные кредиторы на такое не пойдут, поэтому она ищет частного заимодавца. Значит, расчет будет наличными».
Руденко повернулся к ней. Его лицо было серьезным и жестким. «Тебе нужно найти печать».
«Какую печать?»
«Незаконное клише с реквизитами нотариуса. Кравченко не станет оставлять окончательный оттиск, пока не получит деньги. Если Ирина должна завершить подделку сама, клише может быть у нее».
«Клише?»
«Резиновая часть печати без оснастки. Маленькая, синяя или фиолетовая. Если найдешь ее у Ирины, это будет прямой уликой: нотариус не имеет права передавать такое посторонним».
Екатерина сглотнула. «Где мне искать?»
«Судя по ее привычкам, она будет держать клише при себе — скорее всего, в сумке или косметичке». Он высыпал остатки семечек птицам и встал.
«И еще, Екатерина. Будь осторожна с Богданом. Он слабое звено и скоро может заговорить. Я видел его вчера у ломбарда: сдавал золотую цепочку. Видимо, Ирине не хватает денег на оплату».
«Если он признается, я включу диктофон», — сказала Екатерина.
«Именно. Не перебивай его и не показывай, что давно знаешь правду. Пусть расскажет все до конца: кто придумал подделку, кто принес препараты, зачем им печать. Но после разговора продолжай играть прежнюю роль. Если он поймет, что разоблачен, и предупредит сестру, Ирина уничтожит бумаги и выбросит печать. Нам нужна полная запись или железные улики, а лучше и то и другое».
Руденко поправил кепку. «Следующая встреча — через три дня. Если найдешь печать, фотографируй и сразу сообщай мне. Удачи, шпион». Он ушел, сутулившись, и вскоре растворился в осеннем тумане…
