Все уже готовились к прощанию, когда дедушка подошёл ближе и понял, что что-то не сходится

Под ветвями лежал маленький щенок. Мокрая шерсть прилипла к худому телу, повреждённая задняя лапа кровоточила, а большие карие глаза испуганно следили за людьми. Животное дрожало от холода и почти не двигалось.

София ахнула и опустилась перед ним на колени.

— Дедушка, ему же совсем плохо! Нельзя его здесь бросать, нужно помочь, — проговорила она, осторожно протягивая ладонь к дрожащему щенку.

Михаил Степанович и сам уже понимал, что пройти мимо не сможет. При виде беспомощного существа у него болезненно сжалось сердце. София бережно подняла найдёныша, прижала к себе и стала успокаивать:

— Тише, маленький. Теперь мы тебя не оставим.

Щенок будто почувствовал, что опасность миновала. Он слабо уцепился лапками за куртку девочки и затих у неё на руках. Михаил Степанович снял шарф, укутал промокшего малыша, и они поспешили домой.

Сначала щенка отогрели, затем отвезли в ветеринарную клинику в ближайшем городке. Врач промыл и обработал раны, перевязал больную лапу и объяснил, что животное поправится при хорошем уходе. Щенок оказался девочкой. София назвала её Ладой, и с того дня собака стала частью семьи.

С каждым днём Лада становилась крепче и подвижнее, а её преданность и весёлый нрав окончательно покорили и внучку, и деда. По утрам собака будила Софию, тыкаясь холодным носом ей в щёку. По вечерам она устраивалась у ног Михаила Степановича, пока тот читал газету. На прогулках носилась по полям, гонялась за бабочками и с радостным лаем возвращала палку, которую бросала ей девочка.

Вместе с Ладой в доме стало заметно теплее. Когда воспоминания о жене и сыне особенно мучили Михаила Степановича, собака сама подходила, клала голову ему на колени и долго смотрела в лицо. Мужчине казалось, будто этот молчаливый взгляд обещал: с этой болью он больше не останется один…