Я случайно увидела фото свекрови на своей даче и только тогда узнала, что у неё есть ключи. Ответ жениха оказался ещё удивительнее
В следующие дни телефон почти не умолкал. Павел присылал такие длинные послания, будто рассчитывал убедить количеством написанного. Просьбы сменялись угрозами, угрозы — жалобами; он то умолял её одуматься, то старался пристыдить. Всё это подавалось с таким пафосом, что Марина с трудом узнавала в авторе человека, который совсем недавно не хотел оторваться от телевизора.
В одном сообщении он написал: «Ты понимаешь вообще, до чего довела? У мамы отравление, она в больнице! Ты нарочно оставила ей это варенье!»
Марина ответила: «Попроси её больше не пробовать всё, до чего дотянется. Пусть радуется, что в сарае ей не попалась бутылка с растворителем. На вид почти сироп. Тогда бы варенье показалось пустяком».
Отправив ответ, она заблокировала его номер. Слушать дальнейшие обвинения она не собиралась. Но семейство нашло другой способ доставить ей свои требования.
Через неделю пионы уже оправились, а неприятное происшествие понемногу отходило в прошлое. И тут в офис явился курьер с большим конвертом для Марины. Вид у послания был внушительный. Содержимое оказалось ещё внушительнее — по крайней мере, авторы явно на это рассчитывали.
Досудебная претензия. Триста тысяч…
