Женщина не сразу поняла, почему её отражение изменилось так резко всего за одну ночь

Познакомились они в общей прачечной. Вечером дед зашел туда и увидел, как крошечная девушка борется с мокрым пододеяльником. Тяжелая ткань набухла водой, выскальзывала из рук, а она, упрямо поджав губы, пыталась выкрутить ее до последней капли.

Он ничего не стал спрашивать. Просто подошел, взял ткань из ее рук и одним точным движением выжал так, что вода шумно потекла в корыто. Девушка смутилась, поблагодарила, а потом между ними завязался разговор. Оказалось, Нина тоже работала при заводе, только не в цеху: она трудилась в библиотеке при местном культурном центре.

Сначала дед не думал ни о каком будущем. В нем еще жила боль — не громкая, не показная, но такая глубокая, что по утрам он просыпался с ощущением тяжести в груди. И все же однажды он зашел в библиотеку. Потом пришел снова. А спустя время стал появляться там почти каждый день.

Нина работала в читальном зале. Там обычно было многолюдно, пахло книгами, пылью и теплой бумагой. Дед дожидался, когда она освободится, и просил подобрать ему что-нибудь о дальних дорогах, морях, горах, незнакомых землях. Нина приносила книги, а он читал их внимательно, словно и правда собирался уехать туда, где никто не знает его имени. После работы они вместе возвращались в общежитие.

Так прошел не месяц и не два — больше года. За это время они успели сказать друг другу о самом тяжелом: о потерях, страхах, одиночестве, о странной пустоте, которая поселяется в человеке, когда рядом не остается никого родного. Они оба были одинокими, только одиночество у каждого звучало по-своему.

Потом дед понял: если Нины не станет рядом, он снова потеряет направление. Не будет знать, зачем идти домой и ради чего вставать утром. Как-то раз по дороге он остановился, будто собираясь с силами, и сказал:

— Нина, я давно не мальчишка. Если откажешь — пойму. Но я хочу прожить рядом с тобой все, что мне еще отпущено.

Она не ответила сразу. Только спустя годы призналась, что ждала этих слов с такой тревогой, будто боялась однажды устать ждать…