Детский врач Катя пропала после дежурства, а её дочь неожиданно заметила пугающую деталь

Утро праздника началось для Романа не с внезапного решения. Во всяком случае, так думали подруги, когда потом складывали детали. Он заранее забрал у сына ключ, сделал дубликат, знал расписание Оксаны, знал, когда она вернется с ночной смены. Он заранее договорился забрать детей у няни и повезти их на озеро. Для всех это могло выглядеть как обычный отцовский день с палаткой и костром.

Он отвез детей рано утром. Сыну было около десяти, дочери — всего шесть. Они остались у воды, возле палатки. Папа сказал, что скоро вернется, нужно только съездить за продуктами. Дети верили. Для них это был выходной, природа, ожидание шашлыка, игра возле берега. Они не знали, что отец возвращается не в магазин, а к дому их матери.

Роман вошел в квартиру Оксаны до ее приезда. Возможно, спрятался. Возможно, просто ждал в комнате, где она не сразу могла его увидеть. Когда Оксана первый раз вернулась с работы, она зашла ненадолго, переоделась и вышла к няне с цветами. Это короткое движение туда и обратно потом стало одним из самых мучительных моментов в памяти подруг. Она была жива. Она была рядом. Она выполняла обычное доброе дело — поздравляла пожилую женщину, которая помогала ей с детьми. Еще несколько минут, и все могло быть иначе, но история уже сжималась вокруг нее.

Когда Оксана вернулась в квартиру второй раз, Роман был там.

Соседи не слышали криков. Это не значило, что ссоры не было, но могло означать, что он напал быстро. Сам он позже говорил об ударе. Подруги слышали разные версии, но точной картины у них не было. Материалы дела не стали для них открытой книгой, а орудие так и осталось ненайденным. Известно было одно: после возвращения Оксана больше не вышла из квартиры живой.

Потом Роман начал действовать так, будто выполнял уже продуманный порядок. У него был большой мешок. В разговорах говорили, что он мог быть от снаряжения для лодки, плотный, вместительный. Он поместил туда тело Оксаны, забрал ее телефон, подогнал машину к подъезду задом, чтобы удобнее было грузить.

И в этот момент его снова увидела бабушка Мирославы.

Она заметила движение у машины, спросила, куда он собирается. Роман, по ее словам, был нервным, но держался. Ответил, что они с детьми едут отдыхать на озеро, что день праздничный, что все нормально. Он стоял рядом с машиной, в которой находилось тело женщины, и разговаривал с соседкой почти буднично. В этой способности мгновенно надевать нужное лицо было что-то пугающее: еще секунду назад он совершал непоправимое, а теперь изображал отца, хлопочущего перед пикником.

Дальше он поехал к станции. В поселке она находилась недалеко. Электричка уходила в сторону большого города. Роман, вероятно, подбросил телефон Оксаны в уборную вагона, рассчитывая создать впечатление, будто она сама уехала. Впереди у нее действительно начинался отпуск, и для посторонних такая версия могла выглядеть правдоподобно. Телефон нашли там, где он должен был запутать след…