Беглая заключённая нашла в лесу привязанного мужчину и вскоре поняла, что эта встреча не случайна
Они встретились вечером в закрытом зале дорогого ресторана в большом городе. Отдельный вход, плотные шторы, никакой лишней прислуги, телефоны оставлены за пределами комнаты. Назар всегда выбирал такие места для разговоров, после которых не должны оставаться следы.
Артём Гнатюк выглядел именно так, как Назар ожидал: подтянутый, аккуратный, с лицом человека, умеющего показывать нужную эмоцию и прятать опасную. Хороший следователь всегда немного актёр, особенно если слишком долго играет честного.
— Она нашла твоего брата? — спросил Гнатюк без приветствия.
Назар некоторое время смотрел на него.
— Прежде чем мы продолжим, давайте уточним: если эта история всплывёт, проблемы будут не только у меня.
— Я это понимаю.
— Нет, вы должны понимать лучше. Потому что стоит Кириллу поднять документы по тем участкам, он поднимет всё: местную администрацию, посредников, вашу роль, старые показания.
Гнатюк слегка напрягся.
— Поэтому я здесь.
— Хорошо. Тогда прямо. Брат жив. С ним женщина, которую нам обоим выгоднее было бы не видеть в центре внимания. Её уже задержали, но Кирилл нанял адвоката. Максим Остапенко.
Пальцы Гнатюка еле заметно сжались на краю стола.
— Он занимается пересмотром приговоров.
— Уже занимается.
— Что вам нужно от меня?
— Всё по её делу. То, что не дошло до суда. То, что вы изымали, не приобщали, теряли, переоформляли. Мне надо знать, что может всплыть.
Гнатюк откинулся назад.
— Опасный разговор, Назар Андреевич.
— Мы в одной лодке.
— Разница в том, что у вас пока деловой риск, а у меня уголовный.
— Пока.
Гнатюк помолчал, потом сказал:
— Есть свидетель. Старик, сосед Шрамко. Тогда он видел кое-что. Я убедил его молчать.
— Имя?
— Мирон Дорошенко. Около семидесяти. Живёт всё там же, в маленьком посёлке.
— Молчит?
— До сих пор молчал. Но старики к концу жизни иногда вспоминают про совесть.
Назар не стал записывать. Запомнил.
— Я займусь.
— Каким образом?
— Деньги. Переезд. Родственники. Он исчезнет из поля зрения, и мы выиграем время.
— Думаете, поможет?
— Мне нужно несколько дней.
Назар встал.
— А потом?
— Потом брат перестанет задавать вопросы.
— Как?
Назар улыбнулся впервые за весь вечер.
— Способами, которые не стоит уточнять.
Он ушёл, а Гнатюк остался сидеть за столом, глядя в бокал, к которому так и не притронулся…