Цыганка увидела женщину в поезде и попросила сменить место

— Всем сердцем клянусь тебе в этом, — добавил он. Марина долго молчала, задумчиво глядя на тихий, мерно моросящий осенний дождь за окном. — Меня Мирослава, знаешь, научила по-настоящему шить в две иглы разом, — произнесла она наконец очень тихо.

— А ты хоть понимаешь, зачем именно шьют сразу в две иглы, а не в одну? Для того, чтобы, если вдруг одна-единственная нитка возьмёт да неожиданно лопнет посередине работы, вторая всё равно крепко удержала весь шов на месте, не дала ему уже никогда полностью разойтись и помогла надёжно выстоять в самый трудный момент. У меня ведь в тот злополучный год буквально все разом оборвалось и лопнуло.

— И законный муж, и родной дом, и доброе имя на всю округу. И я тогда все равно не разошлась окончательно, не рассыпалась на осколки. Я до сих пор твердо стою на ногах.

— Но стою я вовсе не потому, что именно ты меня в тот тяжелый момент надежно поддержал и удержал. Тебя ведь тогда попросту не было рядом со мной, когда это было особенно нужно. Я сама своими собственными силами тогда удержалась.

— Я очень хочу быть рядом с тобой именно сейчас, — тихо сказал он, опустив голову. — Возможно, когда-нибудь я и сумею снова тебе поверить целиком, как раньше, — честно призналась она. — Но больше проверять эту веру на прочность я уже не хочу и не стану.

— Слишком дорого мне это тогда обошлось. Мне всего 24 года, у меня растет родная дочь, есть любимая мастерская и накопилось много срочных заказов к самой Пасхе. Мне попросту сейчас совсем некогда заново что-либо проверять…