Младший брат привёл в дом невесту и сразу попытался поставить семью перед новыми правилами

— Нет. Появляется временами.

— Коммунальные платит?

Я открыла папку с квитанциями.

— Последние три года — нет.

Светлана кивнула.

— Вселить будущую супругу без согласия собственников он не может. Установить порядок пользования для зарегистрированного жильца теоретически можно, но он не собственник. Тут много нюансов. Главное — не пускайте постороннего человека на постоянное проживание. И фиксируйте всё. Сообщения, звонки, попытки проникновения, угрозы.

— Это же родной сын, — прошептала мама.

Светлана посмотрела на неё мягче.

— Родные люди тоже иногда причиняют вред. Документы нужны не чтобы воевать, а чтобы защищаться.

Она посоветовала поменять замок, но не лишать Сергея доступа полностью: дать ему возможность приходить по согласованию и забрать вещи, чтобы потом не было обвинений. Отец сопротивлялся, но после того как ночью кто-то пытался открыть дверь старым ключом, сам вызвал мастера.

Я проснулась от тихого металлического скрежета. Сначала подумала — сосед сверху возится. Потом поняла: звук идёт от нашей двери. Сердце ударило в горло. Я вышла в коридор, не включая свет, и увидела, как ручка медленно опускается.

— Кто там? — спросила я.

За дверью замерли.

Потом женский шёпот:

— Говорила же, не подходит.

Сергей резко ответил:

— Тише.

Я включила свет и открыла верхний замок, оставив цепочку.

— Серёжа?

Он стоял в полутьме площадки, злой, с сумкой через плечо. За ним — Ирина. На ней была короткая куртка, волосы собраны в хвост, лицо без косметики казалось старше и жёстче.

— Открывай, — сказал он. — Я домой пришёл.

— Сейчас два часа ночи.

— И что? Я прописан.

— Ты можешь прийти завтра днём. Мы откроем.

Ирина шагнула ближе.

— Анна, не устраивайте цирк. У нас вещи. Мы устали.

— Вы здесь жить не будете.

— Это решит не вы.

Она подняла телефон и начала снимать.

— Вот, фиксирую: сестра не пускает родного брата в квартиру.

Я почувствовала, как кровь прилила к лицу. Хотелось захлопнуть дверь, спрятаться, исчезнуть. За моей спиной появилась мама в халате.

— Серёжа? — голос у неё был сонный и испуганный. — Что случилось?