Папочка, не ходи домой, мама сказала нельзя, когда дядя Дима приходит…

— Папа, ты где? — спросил он почти шёпотом.

— У друга. Ты как, сынок?

— Нормально. Они сегодня ругались. Дядя Вадим кричал, что из-за тебя всё сорвалось. Мама плакала.

— Что именно сорвалось, ты слышал?

— Что-то про бабушкину квартиру. Он сказал, что надо было сделать раньше, а теперь ты вернулся.

Значит, я не ошибся. Ирина получила контроль над Галиной Михайловной и собиралась распорядиться принадлежащей ей квартирой. Возможно, сделка уже готовилась, а моё появление разрушило их расчёт.

— Кирилл, слушай внимательно. Ничего не бойся и не вмешивайся в их разговоры. Я разбираюсь. Скоро всё изменится.

— А бабушка?

— Послезавтра я поеду к ней с врачом. Адвокат уже готовит документы.

— Ты обещаешь, что не бросишь её там?

— Обещаю. Но нам понадобится несколько дней, чтобы суд разрешил забрать её из пансионата. Я сделаю всё правильно, чтобы Ира не смогла вернуть её обратно.

Кирилл помолчал, потом сказал совсем тихо:

— Я ждал тебя каждый день. Всё думал, что сегодня ты придёшь.

У меня перехватило горло. В памяти снова возникла утренняя лавка, рваные брюки сына и его осторожное «папочка».

— Я знаю, сынок. Я тоже каждый день думал о тебе.

Мы молчали, разделённые несколькими кварталами, закрытой дверью и чужим человеком на моём диване.

— Мама пришла. Мне пора, — быстро прошептал Кирилл.

— Держись. Я рядом.

После разговора я долго сидел у подъезда Михалыча. Кириллу было двенадцать, но говорил он как человек, привыкший скрывать страх и рассчитывать только на себя. Он копил деньги на автобус, ездил к бабушке, пока Ирина разрешала посещения, а после запрета пытался хотя бы увидеть её через стекло. Мне он звонил только тогда, когда мать не могла услышать. За время службы я видел много боли, но приглушённый голос сына ранил сильнее, потому что здесь всё происходило в доме, который я считал безопасным.

Михалыч уступил мне свою кровать, а сам лёг на старую раскладушку. Его однокомнатная квартира была тесной, заставленной инструментами, коробками с запчастями и банками домашних солений. Пахло машинным маслом, луком и старой мебелью.

— Ложись и не спорь, — буркнул он. — Два года спал неизвестно где. Нормальную кровать заслужил.

Матрас был продавлен, пружина упиралась в лопатку, но я проспал восемь часов без снов и пробуждений. Это была первая мирная ночь после завершения контракта.

Утром третьего дня Глеб Андреевич приехал поездом, как и обещал. Я встретил его у вокзала. Худощавый, жилистый, с тёмными кругами под глазами после постоянных дежурств, он выглядел так же, как при нашей последней встрече. Тонкая оправа очков, негромкий голос, внимательный взгляд.

Мы коротко обнялись.

— Живой, — сказал Глеб. — Это главное.

У Михалыча он выпил чай, съел два бутерброда и выслушал подробности. Я рассказал о решении суда, условиях пансионата, попытке Ирины продать квартиру Галины Михайловны, заявлении в полицию и словах Кирилла. Глеб задавал вопросы и делал короткие пометки.

— Покажи решение суда и документы об опеке, — попросил он.

— У меня их пока нет.

— Белов запросил копии, — добавил Михалыч. — А руководству пансионата вчера передали официальное уведомление об обследовании.

Глеб кивнул и раскрыл папку. В ней лежали удостоверение, документы о квалификации, моё письменное согласие как близкого родственника, форма протокола и копия адвокатского запроса.

— Сегодня я проведу официальное независимое обследование, если руководство предоставит доступ, — сказал он. — В заключении отражу только то, что установлю лично. Затем Дмитрий Олегович подаст его в суд и потребует срочно приостановить полномочия Ирины в части распоряжения имуществом, обеспечить твой доступ к матери и временно изменить условия её проживания. Даже при хорошем заключении Галина Михайловна выйдет не сегодня: суду понадобится несколько дней для временного решения.

— Главное, чтобы она смогла уехать из пансионата по собственной воле и чтобы Ирина не успела продать квартиру.

— Именно поэтому всё нужно фиксировать правильно, — ответил Глеб. — Если нам попытаются помешать, оформим письменный отказ, передадим его Белову и приложим к заявлению. Я умею добиваться результата без скандала…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇