Плуг наткнулся на тяжёлую цепь возле реки, а её происхождение оказалось настоящей загадкой

Воодушевление продержалось недолго. Внизу газетной страницы мелким шрифтом были напечатаны правила: каждый выигрыш следовало получить не позднее ста календарных дней после тиража. Для билета на три миллиона срок истекал двадцать второго мая — через семь дней. Если за это время владелец не обратится к организаторам, деньги останутся в призовом фонде.

Богдан позвонил в справочную службу лотереи, стараясь говорить спокойно. Оператор объяснила: в обычном порядке крупную сумму выдают только владельцу билета после проверки оригинала удостоверения личности. Если участник умер, обратиться могут законные наследники. Для семей пропавших без вести существовала отдельная процедура: супруг имел право передать материалы расследования специальной комиссии и попросить рассмотреть исключительную выплату.

— А если есть доверенность? — спросил Богдан, хотя никакой доверенности у него, разумеется, не было.

— Для обычной выплаты этого недостаточно, — ответила женщина. — Потребуется либо сам участник, либо решение специальной комиссии, принятое на основании официальных документов о его исчезновении.

Разговор оборвал последние простые надежды. Подойти с чужим удостоверением он не мог и не собирался. Оставалось разыскать Павла Бондаренко или установить, что с ним случилось. На всё — одна неделя. Богдан записал данные из документов и на следующий день отправился в административный центр региона.

В службе, занимавшейся поиском пропавших людей, он не решился сразу рассказывать о миллионах и представился дальним родственником. Дежурный сотрудник просмотрел электронные записи, уточнил дату рождения, несколько раз перепроверил фамилию. Павел Миронович Бондаренко в официальном розыске не значился. Никакого дела о его исчезновении в общей системе не было.

В службе регистрации актов гражданского состояния Богдан получил такой же ответ: сведений о смерти человека с этими данными нет. Получалось, что Павел почти три месяца не пользовался счетами и не забрал крупный выигрыш, но для учреждений оставался живым гражданином, которого никто не разыскивал.

На обратной дороге Богдан несколько раз замечал в зеркале одну и ту же тёмную машину. Она держалась позади до самой развилки на деревню, но тогда он решил, что водитель просто едет в ту же сторону.

Оставшуюся дорогу Богдан перебирал возможные объяснения. Владелец мог сам скрываться от кого-то, мог попасть в беду, о которой никто не сообщил, мог погибнуть так, что его тело не нашли. Любая версия делала портфель опаснее. Теперь это был не просто забытый тайник, а единственная заметная нить, ведущая к человеку, исчезнувшему без официального следа…