Шейх решил проверить новую жену деньгами, но её выбор оказался для него неожиданным

Storium · Читати українською:

— Тебе нужен час, Мария, — сказал Рашид, положив на стеклянный стол черную карту. — Ровно час. Потратишь миллион — останешься моей женой. Не потратишь — утром подпишешь бумаги.

Она сначала даже не поняла, что он говорит всерьез.

В огромной гостиной пахло холодным кофе, дорогой кожей и цветами, которые за сутки успели начать вянуть в напольных вазах. За панорамными окнами мерцал вечерний город, чужой, глянцевый, будто вымытый перед съемкой. Внизу скользили машины, где-то тонко визжали тормоза, лифт за стеной мягко вздохнул и снова замер.

Мария стояла босиком на светлом ковре, в простом домашнем платье, с влажными после душа волосами. На безымянном пальце еще непривычно тяжелело кольцо — широкое, гладкое, слишком дорогое для ее тонкой руки. Она машинально потерла палец большим пальцем, как будто кольцо жгло кожу.

— Что? — переспросила она тихо.

Рашид не сел. Он стоял у стола прямой, жесткий, в темной рубашке, застегнутой до горла. За эти две недели после свадьбы Мария уже привыкла к его сдержанности, к тому, что он редко улыбался, редко объяснял и почти никогда не повышал голос. Но сейчас в его спокойствии было что-то оскорбительное.

— Ты слышала, — сказал он. — Один миллион. За час.

— Это шутка?

Он посмотрел на часы.

— Уже пятьдесят девять минут.

У Марии похолодели пальцы. Она перевела взгляд на черную карту. Никаких блестящих цифр, никаких украшений. Просто кусок пластика, лежащий на столе между ними, как нож.

— Зачем? — спросила она.

Рашид чуть прищурился.

— Хочу понять, кого я взял в жены.

Она усмехнулась, но смех вышел коротким и хриплым.

— Через издевательство?

— Через деньги, — поправил он. — Деньги показывают человека быстрее слов.

За его спиной, возле двери, стоял его двоюродный брат Самир. Вечный наблюдатель, с аккуратной бородой, мягким голосом и глазами, которые никогда не улыбались вместе с губами. Он первым поздравлял Марию на свадьбе, первым подносил ей бокал с соком, первым говорил, что в их семье женщину берегут. Сейчас он смотрел на нее с почти сочувственным выражением, от которого хотелось вымыть руки.

— Рашид, — произнес он негромко. — Может, не надо так резко? Она не привыкла.

Эти слова ударили сильнее приказа. Не привыкла. Как будто она была не человеком, а девочкой из дешевого магазина, которую случайно привели в мраморный зал.

Мария сжала ладони.

— А если я не хочу участвовать в этой унизительной игре?

— Тогда все закончится быстро, — ответил Рашид.

Он достал из папки тонкий конверт и положил рядом с картой. Мария увидела край документа, строчки, подписи юриста. В горле стало сухо.

— Ты подготовил развод заранее?

— Я подготовил варианты.

— До свадьбы?

Рашид помолчал.

— После некоторых разговоров.

Мария медленно повернулась к Самиру. Тот опустил глаза, будто ему стало неловко смотреть на ее лицо.

— Каких разговоров? — спросила она.

— Не начинай, — сказал Рашид. — У тебя пятьдесят семь минут.

Она вдруг вспомнила вчерашний ужин. Длинный стол в доме его тетки, тяжелые блюда, женщины в шелковых платках, мужчины, говорящие вполголоса. Самир тогда наклонился к Рашиду и что-то сказал ему на ухо. Рашид после этого почти весь вечер молчал, а когда они вернулись домой, долго стоял у окна, не отвечая на ее вопросы.

А утром Мария обнаружила, что ее старый телефон исчез.

Она решила тогда, что сама куда-то положила. Перерыла сумку, ящики, ванную, даже корзину с бельем. Рашид только сказал: «Купим новый». И купил — дорогой, тонкий, холодный, уже настроенный на новый номер.

Теперь все складывалось в неприятную линию, хотя она еще не понимала рисунка.

— Ты правда считаешь, что я вышла за тебя ради денег? — спросила она.

Рашид не ответил сразу. Это молчание было ответом.

У Марии дрогнула нижняя губа, и она прикусила ее так сильно, что почувствовала вкус крови.

Они познакомились не на приеме, не в дорогом ресторане и не через брачное агентство, как потом шептались его родственники. Она работала администратором в небольшой частной клинике, куда Рашид привез свою младшую сестру после приступа боли. Он тогда не кричал, не размахивал деньгами, просто стоял возле стойки с побледневшим лицом и в пятый раз спрашивал, скоро ли врач. Мария принесла ему воды. Сестре помогли, а он на следующий день вернулся с благодарностью — не с букетом, не с подарком, а с коробкой хорошего чая для всего персонала.

Потом были случайные встречи у клиники, короткие разговоры, осторожные прогулки. Он слушал ее так внимательно, что Мария первое время терялась. Ей казалось, будто человек с такими возможностями не может всерьез интересоваться ее съемной комнатой, уставшей матерью, младшим братом Артемом, который после аварии заново учился ходить, и тем, как она считает скидки в аптеке до зарплаты.

Когда он сделал предложение, она плакала не от восторга, а от страха.

— У нас слишком разные жизни, — говорила она тогда.

— Значит, построим одну, — ответил он.

И она поверила.

Теперь он стоял перед ней, как судья, уже вынесший приговор.

— Ладно, — сказала Мария.

Рашид чуть поднял бровь.

— Что ладно?

Она взяла карту. Пластик оказался теплым от лампы.

— Я потрачу твой миллион.

Самир едва заметно улыбнулся.

— Разумное решение.

Мария посмотрела на него.

— Только не с вами.

Она прошла в спальню, быстро натянула джинсы, свитер, сунула ноги в кроссовки. Руки не слушались. Молния на сумке заела, волосы липли к шее. На тумбочке лежал новый телефон. Старого не было. Она взяла новый, но, уже у двери, вернулась и открыла нижний ящик комода.

Там лежала маленькая записная книжка в синей обложке. Ей подарила ее мама перед свадьбой.

«Записывай важное, Машенька. Телефоны, адреса, мысли. Электроника — штука ненадежная».

Мария тогда посмеялась. Сейчас сунула книжку в сумку, как спасательный круг.

В гостиной Рашид ждал.

— Водитель отвезет тебя в торговый центр, — сказал он. — Там ты быстро справишься.

— Нет.

— Что значит нет?

— Я поеду сама.

— У тебя нет машины.

— Есть ноги, такси и твоя безлимитная карта.

Рашид сделал шаг к ней.

— Мария.