После свадьбы девушка поняла, что совсем не знала человека, за которого вышла замуж

Артём задумался.

— Я верю. Насколько вообще можно верить человеку с такой жизнью.

— Это не очень успокаивает.

— Понимаю. Но другого варианта у нас нет. Влад не святой, но слово держит. Если он сказал, что поможет, значит, попробует.

— Где он?

— В большом городе. У него есть бар. Надо будет добраться туда, но не сразу. Сначала надо понять, ищут ли меня активно. Если везде мои фотографии, если проверяют вокзалы, нам нельзя высовываться.

Следующие дни они прожили тихо, почти незаметно. Лера выходила за продуктами, старалась держаться уверенно, не смотреть людям в глаза слишком долго. Артём почти не покидал комнату. Иногда он часами сидел у окна, отодвинув занавеску на ширину пальца. Иногда начинал ходить из угла в угол, будто стены давили на него.

Лера видела, как трудно ему оставаться взаперти.

— В лесу было легче? — спросила она однажды.

— В лесу я хотя бы понимал, где опасность. Здесь опасность может войти через дверь под видом обычного человека.

— Ты жалеешь, что мы ушли?

— Нет. Я жалею, что не могу дать тебе нормальную жизнь прямо сейчас.

Она села рядом.

— А я не знаю, что такое нормальная жизнь. Так что пока мне не с чем сравнивать.

Он грустно улыбнулся.

— Тогда будем учиться вместе.

Иногда они говорили о прошлом. Лера рассказывала о детстве у тётки, о том, как долго считала себя обязанной за каждый кусок хлеба. О том, как боялась возражать. О том, как проданная квартира стала для неё не только потерей жилья, но и доказательством собственной беспомощности.

Артём слушал внимательно. Он не жалел её словами, не ахал, не перебивал. И от этого Лере становилось легче.

Он тоже рассказывал. О детском доме, о вечном ощущении, что у всех есть чьи-то руки за спиной, а у него — пустота. О первых работах, о драках, о попытках вырваться, о том, как сильно хотелось однажды стать человеком, которого уважают не из жалости.

— Поэтому я и поверил Воронцову, — сказал он. — Он говорил именно то, что я хотел услышать. Что я способный. Что далеко пойду. Что он умеет ценить верных людей.

— А потом сделал тебя виноватым.

— Да.

— Почему именно тебя?

— Потому что удобнее меня трудно было найти. Молодой, без семьи, благодарный, послушный. Идеальный человек, на которого можно повесить чужую грязь.

Лера невольно подумала, что Кирилл и в ней увидел не человека, а удобную добычу. Молодую, зависимую, без защиты, с тёткой, которую можно купить.

Однажды Артём раздобыл несколько газет и весь вечер внимательно просматривал новости. Лера сидела напротив и видела, как его лицо становится всё более растерянным.

— Что-то не так?

— Именно. Ничего нет.

— В смысле?

— Обо мне почти не пишут. Ни фотографии, ни громких сообщений. Как будто я не сбежал.

— Может, это хорошо?

— Может. А может, странно.

Он отложил газету.

— Если бы меня активно искали, уже подняли бы шум. Значит, либо всё затихло, либо кому-то выгодно не привлекать внимание.

— Воронцову?

— Возможно. Если начнут заново копать моё дело, могут всплыть неудобные детали. А он, похоже, не любит лишний свет.

— Что будем делать?

— Поедем к Владу. Здесь сидеть бесконечно нельзя. Чем дольше тянем, тем сильнее вязнем в страхе.

Лера кивнула, хотя внутри всё похолодело.

— Когда?

— Завтра.

Ночь перед отъездом выдалась беспокойной. Лера почти не сомкнула глаз. Она думала о Серафиме, о монастырских воротах, о том, что могла бы сейчас лежать в своей узкой келье и слышать только ветер за окном. Но выбрала другое. Выбрала Артёма, дорогу, опасность и правду, которую ещё надо было доказать.

Утром они собрали немногочисленные вещи. Артём сбрил щетину, надел купленную рубашку, стал выглядеть аккуратнее, но тревога из его глаз никуда не ушла. Лера повязала платок так, чтобы прикрыть волосы, и старалась не думать, что Кирилл может искать её точно так же, как другие ищут Артёма.

До города они добрались без происшествий. Вокзал был шумным, людным, и именно это спасало. В толпе легче раствориться, если не смотреть по сторонам испуганно. Артём держался рядом, но не брал её за руку, чтобы не привлекать внимания.

Большой город оглушил Леру. После монастырской тишины и маленького посёлка здесь всё казалось слишком быстрым: машины, голоса, вывески, люди, спешащие мимо. Она чувствовала себя песчинкой в огромном потоке.

— У Влада есть бар, — сказал Артём, остановив такси. — Называется «Сова». Поедем туда.

— Он будет на месте?

— Не знаю. Но там знают, где его найти.

Таксист не задавал вопросов. Дорога заняла около получаса. Бар находился на тихой улице, чуть в стороне от шумного центра. Снаружи выглядел прилично: тёмная вывеска, тяжёлая дверь, чистые окна.

Внутри было полумрачно и прохладно. Днём посетителей почти не было. За стойкой стоял администратор — молодой мужчина с вежливой улыбкой и внимательными глазами.

— Нам нужен Влад, — сказал Артём.

— Владислава Борисовича сейчас нет, — ответил администратор. — Могу передать, кто спрашивал.

— Передайте, что пришёл Артём. Он поймёт.

Улыбка администратора не изменилась, но взгляд стал острее.

— Подождите, пожалуйста. Если вопрос срочный, он, возможно, подъедет ближе к вечеру.

Лера и Артём заняли столик в углу. Ожидание растянулось. Лера почти не разговаривала. Ей не нравилось это место. Не потому что там было грязно или опасно на вид — наоборот, всё выглядело слишком аккуратно. Но в воздухе чувствовалось напряжение, скрытое под спокойствием. Сюда приходили люди, которые привыкли смотреть по сторонам.

Артём, наоборот, будто ожил. Он всё время поглядывал на вход, и в его лице впервые за долгое время появилась надежда.

Дверь распахнулась ближе к вечеру.

В бар вошёл крепкий лысоватый мужчина с широкими плечами и тяжёлым взглядом. Он оглядел зал, сразу увидел Артёма и на секунду замер.

— Живой, — выдохнул он, а потом шагнул к нему и крепко обнял. — Ну ты даёшь, парень. Я уже думал, всё.

Артём тоже обнял его, но сдержаннее.

— Добрался, как видишь.

Мужчина перевёл взгляд на Леру.

— А это кто?

— Лера, — сказал Артём. — Человек, без которого я бы не выбрался. Мой ангел-хранитель.

Лера смутилась. Влад взял её руку и поцеловал почти по-старомодному.

— Рад знакомству. Если спасла нашего Артёма, значит, уже своя.

От его улыбки становилось неуютно. В ней было обаяние, но за обаянием пряталось что-то жёсткое. Лера вспомнила слова Серафимы о том, что не всякая помощь бывает бескорыстной.

— Чего стоим? — сказал Влад. — Поехали ко мне. Здесь разговаривать не будем.

Лера посмотрела на Артёма.

— Обязательно?

Он тихо ответил:

— Не бойся. Влад грубоватый только на вид.

Она не стала спорить. Артём верил этому человеку, а значит, пока ей оставалось довериться Артёму.

Влад привёз их в дом за городом. Место было тихое, почти уединённое. Вокруг — деревья, забор, пустая дорога. Дом оказался просторным, но без лишней роскоши. Всё крепкое, удобное, закрытое от чужих глаз.

— Поживёте здесь, пока разберёмся, — сказал Влад. — Отдыхайте. Завтра начнём думать, как вытаскивать твою историю наружу.

После дороги Лера действительно едва держалась на ногах. Влад показал ей комнату, и она легла, хотя уснуть сразу не смогла. За стеной слышались приглушённые мужские голоса.

Артём рассказывал Владу всё.

Про лес. Про Леру. Про Кирилла Воронцова. Про странное совпадение, которое уже не казалось совпадением.

— Вот это поворот, — произнёс Влад, когда услышал, что Лера — жена того самого человека. — Прямо как будто судьба решила сама подкинуть нам козырь.

— Не говори о ней так, — жёстко сказал Артём.

— Да я без плохого смысла. Просто пойми: девчонка может оказаться очень полезной.

— Она не инструмент.

— Конечно, конечно. Не заводись. Но факт остаётся фактом: Воронцову она небезразлична. И если он захочет её вернуть, можно будет сыграть на этом.

— Я не позволю использовать её.

— А я и не предлагаю отдавать её ему в руки, — спокойно ответил Влад. — Но если хочешь вытащить себя из петли, придётся быть умнее. Воронцов не тот человек, которого можно взять жалостью или честным разговором. Его надо загонять.

Артём замолчал.

— Мне нужно пару дней, — продолжил Влад. — Подниму старые связи, узнаю, где сейчас Воронцов, кто рядом с ним, через кого можно давить. А вы пока сидите тихо. И не делайте глупостей.

— Спасибо, — сказал Артём. — Я правда уже не надеялся добраться.

— Я тоже не думал, что ты жив. Когда тебя так быстро начали искать, всё пошло кувырком. Ладно, главное — дошёл.

Влад поднялся.

— Завтра вечером приезжайте в «Сову». У меня день рождения, собираются свои. Заодно познакомлю тебя с человеком, который может помочь по Воронцову.

— Может, не стоит мне появляться в городе? — насторожился Артём.

— В моём баре тебя искать не будут. Там чужие не ходят. А мне приятно будет, если почти воскресший приятель поднимет за меня бокал.

— Лера не любит такие места.

— Тем более развеется. Девчонка у тебя и так как тень.

Лера, лежавшая в соседней комнате, слышала не всё, но отдельные слова долетали. «Полезной». «Сыграть». «Давить». Ей стало холодно. Она хотела верить Артёму, но Влад пугал её своей уверенностью. Слишком легко он говорил о людях, как о фигурах на доске.

На следующий день дом показался Лере почти уютным. Утром было тихо, за окнами шумели деревья, на кухне пахло кофе. Артём пытался шутить, но она видела, что он нервничает перед вечерней поездкой.

— Мы точно должны ехать? — спросила она.

— Влад попросил.

— А если это опасно?

— Опасно всё. Но без него я не справлюсь. Нужно держаться рядом.

— Мне он не нравится.

Артём внимательно посмотрел на неё.

— Почему?

— Не знаю. Смотрит так, будто всё заранее просчитал. И меня тоже.

— Он привык так жить.

— А ты привык ему доверять.

— Он помог мне, когда больше никто не помог.

Лера не стала продолжать. Она понимала: у Артёма были свои причины верить Владу. Так же как у неё были причины бояться всех, кто слишком уверенно обещает спасение.

К вечеру за ними приехала машина. Перед баром уже стояло много автомобилей. Внутри было шумно: музыка, смех, голоса, звон бокалов. Зал заполнили гости — мужчины в дорогих рубашках, женщины с ярким макияжем, люди, которые явно знали друг друга давно и держались свободно.

Влад сидел во главе большого стола и принимал поздравления. Увидев Артёма с Лерой, широко улыбнулся.

— А вот и мои особые гости! Подходите.

Они вручили ему небольшой подарок, найденный днём в антикварной лавке. Влад выглядел довольным.

— Спасибо. Хорошая вещь. С душой.

Лера села рядом с Артёмом, стараясь быть незаметной. Но ей казалось, что на неё смотрят все. Она чувствовала себя чужой среди этих людей. Их смех был слишком громким, разговоры слишком резкими, взгляды слишком цепкими.

Через некоторое время Влад наклонился к Артёму.

— Скоро подъедет человек, о котором я говорил. Через него можно выйти на Воронцова. У него есть рычаги.

— Думаешь, он заставит Кирилла признаться?