Шейх решил проверить новую жену деньгами, но её выбор оказался для него неожиданным
В лифте Мария впервые за этот вечер заплакала. Беззвучно, широко открытыми глазами, чувствуя, как слезы бегут по щекам и капают на ворот свитера. В зеркальных стенах отражалась чужая женщина — бледная, с распухшими губами, в дорогом кольце и дешевых кроссовках.
Внизу охранник открыл ей дверь с привычным поклоном. У подъезда пахло мокрым асфальтом: недавно прошел дождь. Мария вдохнула этот запах и вдруг ощутила странную ясность.
Миллион за час.
Он думал, она побежит покупать сумки, украшения, часы. Он думал, она покажет свою жадность, чтобы его семья могла сказать: «Мы предупреждали».
А может, хуже. Может, он сам хотел убедиться, что не ошибся, потому что кто-то уже вложил ему в голову сомнение.
Она открыла приложение банка, привязанное к новой карте. Баланс не показывался, лимит действительно был огромный. Счетчик времени в ее голове тикал громче городского шума.
Первым делом она позвонила матери.
Ответили не сразу. На четвертом гудке раздался сонный, усталый голос:
— Маша? Что случилось?
Мария зажмурилась. Маму звали Елена. Ей было всего пятьдесят четыре, но после болезни отца, долгов и работы на две смены она выглядела старше. Голос у нее по вечерам всегда становился хриплым, будто день стирал его наждаком.
— Мам, слушай внимательно. У Артема есть счет из реабилитационного центра? Последний? Где полная программа на год?
— Машенька, зачем тебе сейчас…
— Мам, пожалуйста. Быстро.
— Есть. В папке. Но там сумма страшная, мы же говорили, будем частями…
— Сфотографируй и пришли мне. Сейчас.
Мать замолчала.
— Он тебя обидел?
Мария стиснула зубы.
— Потом. Пришли счет.
Она поймала такси у дороги. Водитель, невысокий мужчина с сединой у висков, глянул на нее в зеркало и сразу отвел взгляд. Хорошие водители узнают чужие слезы и не лезут.
— Куда? — спросил он.
Мария открыла синюю книжку. На первой странице маминым почерком были записаны номера: дом, работа, Артем, соседка тетя Наташа, нотариус, фонд «Теплые ладони», строительная бригада Павла, директор старой школы.
Она провела пальцем по строчкам.
— Сначала в реабилитационный центр на Южном шоссе, — сказала она и осеклась.
В правилах их новой жизни Рашид не любил, когда она называла конкретные адреса при чужих. Но теперь было все равно.
— Хорошо, — кивнул водитель.
Телефон пискнул. Мама прислала фото счета. Мария увеличила изображение. Программа восстановления Артема после сложной операции, занятия с физиотерапевтом, бассейн, массаж, консультации, специальный тренажер. Сумма была такой, от которой раньше у нее темнело в глазах.
Она открыла оплату. Пальцы дрожали так сильно, что код подтверждения пришлось вводить дважды. Операция прошла.
Мария сделала скриншот и отправила матери.
Через несколько секунд мама позвонила.
— Маша, что это? — ее голос сорвался. — Что ты сделала?
— Оплатила Артему год реабилитации.
— Доченька, откуда у тебя такие деньги?
