Точка невозврата: неожиданный финал одной спасательной операции в глуши!

— Да. Агафья поставила кружку на стол.

Посмотрела на Марью, спокойно, без того прощупывающего взгляда, который обычно сопровождал такие разговоры. — Мать, отец есть? — спросила она. Марья пожала плечами.

— Мать есть. Лишили прав, когда мне было восемь. Пьет.

Она говорила ровно, глядя на стол. — Отец умер два года назад. Сердце.

Она перечисляла это так, как перечисляют содержимое шкафа: есть полка, на ней то-то и то-то, порядок именно такой. Агафья слушала молча, не вставляя «бедняжка» и не качая головой с сочувствующим видом. Это тоже было непривычно.

— Больше никого? — уточнила Агафья. — Нет. За окном яблоня качнула веткой, ветер прошел по саду и утих.

Марья посмотрела на окно, потом снова на стол. — Я не останусь, — сказала она. — Поем и уйду.

— Куда? — спросила Агафья без осуждения. Просто уточняла факт. Марья не ответила.

Ответа не было, и они обе это понимали. Агафья встала, убрала со стола пустую тарелку, снова поставила чайник — тот загудел тихо, по-домашнему. — Диван в той комнате свободный, — сказала Агафья.

— Там одеяло, подушка. Можешь лечь, если хочешь. Никто тебя не тронет.

Марья снова промолчала. Но когда Агафья вышла в сени, она встала, прошла в указанную комнату, осмотрела ее — окно, шкаф, выход в коридор — и легла на диван прямо в куртке, повернувшись лицом к двери. Она не собиралась засыпать.

Просто закрыла глаза на минуту. Агафья сидела у окна на кухне, когда из комнаты перестали доноситься звуки. Сначала было слышно, как Марья переворачивается, как диван чуть поскрипывает, как она кашляет раз и замолкает…