Десять знатных претенденток получили отказ, а выбор герцога пал на ту, над которой все смеялись
«Мой отец тоже оставил долги. Не такого масштаба, но они были. Имение, которое я унаследовал, оказалось сложнее, чем мне кто-либо позволил узнать заранее. Первые три года своего управления я не занимался ничем, кроме распутывания всего этого». Она посмотрела на него.
«Я говорю это не для того, чтобы вам стало легче», — сказал он.
«Я говорю это потому, что то, что вы описываете, — не изъян характера. Это обстоятельства, и я не путаю эти две вещи». Он помолчал.
«И благодарю вас за то, что сказали мне напрямую». Она медленно выдохнула.
«Лорд Роман Задорожный, — сказал герцог, и его голос стал значительно тише и значительно жёстче, — обнаружит, что информация, которую он собрал сегодня днём, имеет более короткий срок годности, чем он рассчитывал».
«Вам не нужно вмешиваться, — быстро сказала она. — Я рассказала вам это не для того, чтобы просить о помощи. Я рассказала, чтобы первая версия, которую вы услышали, была правдивой».
«Я это понимаю, — сказал он. — Но я уже вовлечён».
Он сказал это просто, не как декларацию, а как факт. Огонь в камине кабинета бросал тёплый свет на карты на стене, на ряды гроссбухов и потёртые края стола. Марина стояла посреди комнаты и чувствовала нечто, чему не совсем могла подобрать название.
Нечто, что не было в точности облегчением и не было в точности благодарностью. Но было чем-то в пространстве между ними, что ощущалось как твёрдая почва под ногами после долгого времени, когда не знаешь, куда ступить. «Завтра утром», — сказал он.
«Восточный сад».
«Восточный сад», — согласилась она. Она пошла к двери.
Потом остановилась и обернулась, потому что было ещё кое-что, а притворщица из неё была некудышная. «Ваша светлость, — сказала она, — к слову, о том, что леди Наталья сказала вам: будто вы не присутствуете».
Она помолчала. «Вы присутствовали каждое мгновение последних двух дней. Я хочу, чтобы вы знали, что я это заметила».
Она открыла дверь и вышла. В кабинете за её спиной герцог долго стоял, глядя на карту своего имения, на поля, границы и дороги, которые он знал лучше всего на свете. И он почувствовал, как что-то сдвинулось в нём.
Ещё не решение, но нечто очень близкое к нему. А в дальнем конце коридора, в гостиной, лорд Роман Задорожный улыбнулся чему-то, что сказала леди Виктория, и повернул чашку в руках. И ждал четверга с терпением человека, который верил, что уже победил.
Он ещё не знал, что женщина, которую он весь день изучал, была той самой женщиной, которая обо всём рассказала герцогу сразу после ужина. Этот просчёт будет иметь значение. Он будет иметь значение очень скоро.
Четверг наступил с серым небом и тем особым напряжением дома, который затаил дыхание на два дня. Лорд Роман Задорожный спустился к завтраку с довольным видом. Это был первый знак того, что что-то сдвинулось.
Довольство отличалось от приветливости. Приветливость была его обычным состоянием. Довольство означало, что он получил то, чего ждал, и решил, как это использовать.
Но Марина увидела это в тот момент, когда вошла в столовую. Она ничего не сказала. Она села рядом с Софией, налила себе чаю и позволила утру течь вокруг неё.
Второй знак появился 30 минут спустя, когда леди Виктория сладчайшим голосом спросила, не слышал ли кто-нибудь о недавних трудностях, с которыми столкнулись некоторые семьи в родном графстве в связи с наследованием земли и неоплаченными обязательствами. Она обратила вопрос ко всему столу, ни к кому конкретно, как делают люди, когда хотят, чтобы все услышали нечто, не выглядя при этом так, будто говорят это напрямую. Вилка леди Бондаренко замерла над тарелкой ровно на одну секунду.
Катерина подняла глаза. Оксана посмотрела на Викторию, потом на Марину, потом снова на свою тарелку с выражением, ставшим нарочито бесстрастным. Лорд Дмитрий сказал: «Не могу сказать, что особенно слежу за земельными новостями графства. Или тут есть какая-то история?»
«Только то, что некоторые ситуации сложнее, чем кажутся, — тепло сказала леди Виктория. — Можно лишь посочувствовать вовлечённым семьям. Должно быть, так трудно сохранять видимость, когда почва под ногами, скажем так, зыбкая».
За столом воцарилась та особая тишина, которая означала, что все прекрасно понимают, что происходит, и решают, участвовать или наблюдать. Лорд Роман улыбнулся в свой кофе. Марина поставила чашку…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
