Максим пришёл в свой ресторан неузнанным, но заметил заботливую официантку

— Уже собираетесь уходить?

— Да.

— Судя по тарелке, суп пришёлся вам по вкусу? — Она взглянула на почти доеденный ужин.

— Хороший суп, — улыбнулся Максим и достал кошелёк.

— Чаевые не оставляйте, — попросила Оксана, покачав головой.

— Почему же? — Он посмотрел на неё с удивлением.

— Вечер у вас выдался трудный. Лучше поберегите деньги.

Максим застыл: такого ему ещё не предлагали. Тем не менее несколько купюр легли на стол.

— Не стоит, правда, — сказала Оксана, пытаясь отдать их обратно.

— Тогда пусть это будет за суп.

Она наконец приняла деньги.

— Спокойной ночи.

По пути к выходу Максим думал, что мог бы сейчас назвать себя. Сказать мистеру Гончару, кому принадлежит ресторан, потребовать ответа — и за считаные минуты всё здесь переменилось бы. Но он удержался. Что-то подсказывало ему не торопиться.

На улице он остановился возле машины и заглянул в ресторанное окно. Оксана убирала со стола. Вид у неё был совершенно измотанный, однако на зов пожилого гостя она сразу откликнулась улыбкой и подошла к нему.

Максим покачал головой. Годами рядом были люди, которым от него что-нибудь требовалось. Эта женщина ничего не попросила, зато разглядела то, что он никому не показывал.

Одиночество.

На следующее утро Максим снова приехал в ресторан в той же дешёвой куртке, старых джинсах и бейсболке. Раскрывать себя он по-прежнему не хотел: прежде всего ему нужно было понять, что ждёт Оксану после разговора с Гончаром. Он пришёл до открытия и сел за маленький столик в глубине пустого зала. Время тянулось. Минут через двадцать вошла Оксана — с небольшой сумочкой, в той же простой чёрной форме. Усталость на её лице была заметнее, чем накануне.

Мистер Гончар сразу вызвал её к себе. Максим наблюдал издали. Прошло десять минут; ожидание затянулось до 15. Наконец дверь кабинета открылась. У Оксаны покраснели глаза, и она поспешила вытереть лицо, прежде чем это заметят.

Максим поднялся, собираясь пойти за ней, но сдержался. Дождался, когда она сама вернётся в зал.

— У вас всё хорошо?

— Вы опять здесь? — удивилась Оксана.

— Суп понравился.

— Его ведь не только у нас готовят, — слабо улыбнулась она.

— Наверное. Но мне хотелось вернуться сюда.

Она несколько секунд смотрела на него.

— Странный вы человек.

— Слышал такое о себе.

Оксана тихо рассмеялась, но печаль во взгляде осталась.

— Что произошло? — спросил Максим.

— Ничего.

— По вам этого не скажешь.

— Вам незачем об этом беспокоиться, — после заминки ответила она, качнув головой.

Он едва удержался от слов, что вскоре это, возможно, будет именно его заботой. Вместо этого спросил:

— Вас уволили?

— Как вы узнали? — Лицо Оксаны изменилось.

— Вчера я слышал вашего менеджера.

— Нет ещё. Только предупредил, — сказала она, оглянувшись и проверив, не слушают ли их.

— Из-за чего?

— Я помогла посетителю.

— За помощь увольнять? — Максим нахмурился.

— Дело не совсем в этом. — Она глубоко вдохнула. — Вчера приходил пожилой мужчина. Когда понадобилось расплатиться за ужин, денег у него не хватило.

Максим вспомнил этого гостя.

— Как же вы поступили?

— Оплатила его счёт.

— Сами, своими деньгами? — Он посмотрел на неё.

— Да, — кивнула Оксана. — Мистер Гончар это увидел и рассердился. Сказал: ещё раз сделаю так — останусь без работы.

Максиму было трудно понять такую угрозу.

— Вы поступили как надо.

— Только это не всегда легко, — ответила она с усталой улыбкой.

Эта мысль надолго запомнилась ему. Оксана снова внимательно посмотрела на него.

— Часто вы приходите сюда один?

— Разве? — Он застыл.

— Да.

— Чем же я вам запомнился?

— У вас вид человека, которого дома никто не ждёт, — улыбнулась она.

Он опустил глаза: опять она увидела его насквозь. Ответить не успел — подошёл менеджер.

— Оксана. — Она обернулась к нему. — Зайди в кабинет, нужно поговорить.

Девушка тяжело вздохнула. Максим проследил, как оба скрылись за дверью, а через несколько минут услышал оттуда слова, от которых всё внутри стянулось.

— Не можешь выполнять мои правила — пиши заявление и уходи…