Неблагодарный СЫН сдал дом с угасающей матерью

Богдан остался стоять посреди гостиной, раздавленный, уничтоженный собственной жадностью. В голове лихорадочно метались мысли. Денег на счетах едва хватит на пару месяцев съема дешевой однушки на окраине.

Как он мог оказаться в таком положении? И тут его словно прошибло электрическим разрядом. Деревня. Дом матери.

Огромный кусок плодородной земли. Тридцать соток. Рядом с рекой и сосновым бором.

За эти пять лет цены на загородную недвижимость взлетели до небес. Дачники и бизнесмены скупали там любые развалюхи под снос. «Старуха наверняка давно в богадельне», — лихорадочно размышлял он, расхаживая по комнате.

Каблуки туфель гулко били по паркету. «А эта зэчка Оксана, скорее всего, спилась или дом спалила по пьяни. Если участок пуст, я смогу толкнуть его за приличные деньги. Это мой единственный шанс». Он выхватил телефон и дрожащими пальцами набрал номер знакомого оценщика недвижимости. «Алло, Руслан? Да, это Богдан. Слушай, есть срочное дело. Участок в деревне. Большой. Дом, скорее всего, под снос. Поехали завтра с утра. Посмотришь своим наметанным глазом. Процент от сделки гарантирую щедрый».

Тем временем в деревне знойное лето ощущалось совершенно иначе.

От полноводной реки тянуло влажной прохладой, густые кроны старых лип давали спасительную тень, а воздух был наполнен гудением пчел и ароматом свежескошенной луговой травы. Деревня преобразилась. Там, где раньше стоял почерневший остов сгоревшего деревянного прилавка, теперь возвышалось добротное здание из красного кирпича.

Крупная, вырезанная из светлого дуба вывеска гласила: «Гостиный двор у Галины и Оксаны». За пять лет упорного труда две женщины, поддержанные всей деревней, совершили невозможное.

К кирпичной пекарне Николай с мужиками пристроили просторную светлую веранду для гостей. А на месте старых картофельных грядок выросли три уютных гостевых домика из оцилиндрованного бревна. Городские жители записывались за месяц, чтобы провести выходные в этой тиши, поесть настоящих печеных пирогов и поспать на льняных простынях.

В просторной, выложенной светлым кафелем кухне кипела работа. Оксана ловко орудовала широкой деревянной лопаткой, вынимая из огромной подовой печи румяные караваи. От нее больше не веяло загнанным зверем.

Лицо округлилось, приобрело здоровый золотистый загар. В глазах появился спокойный, теплый свет. Мешковатые куртки сменились аккуратными хлопковыми платьями.

Галина Степановна сидела за широким столом, перебирая свежую лесную малину для варенья. Старушка раздавала короткие указания двум молодым девчонкам-помощницам из соседнего села, которых они наняли прошлым летом. Сок ягод окрасил ее сухие пальцы в бордовый цвет.

«Ты, Софийка, сахар не жалей, но и не переборщи», — наставляла Галина, сыпая ягоды в медный таз. «Малина свою кислинку отдать должна». Входная дверь широко распахнулась.

На пороге возник Николай. Мостостроитель раздался в плечах еще больше, густая борода была аккуратно подстрижена. В руках он бережно, словно хрустальную вазу, держал плотную картонную коробку.

«Принимай, невеста», — басовито прогудел он, ставя коробку на свободный край стола. Из-под картона донесся тонкий аромат новых тканей. «Из самого областного центра привезли, как заказывали».

Оксана отложила лопатку, вытерла руки о белоснежный фартук. На ее безымянном пальце тускло блеснуло золотое кольцо. Свадьбу назначили на ближайшую субботу.

Деревня гудела в предвкушении грандиозного праздника. Гулять собирались всем миром, накрывая столы прямо на лугу за пекарней. Она осторожно приоткрыла крышку.

Внутри лежало простое струящееся платье цвета топленого молока. Никаких пышных юбок или страз, только благородный лен и тонкое ручное кружево по подолу. «Красота-то какая!» — охнула Галина Степановна, всплеснув руками.

«Прямо как у княгини какой». Николай подошел к Оксане, привычным собственническим жестом положил тяжелые руки ей на плечи. Его грубая щека коснулась ее виска.

«Самая красивая будешь!» — тихо, только для нее, произнес он. Оксана закрыла глаза, впитывая это ощущение защищенности. И ей казалось, что вся та боль, все тюремные годы, предательство бывшего мужа Руслана — все это было платой за то, чтобы оказаться здесь, в этой кухне, в этих крепких руках…