Он поднял руку, как делал раньше, но человек в женской одежде оказался совсем не тем, кого он ожидал увидеть

Когда они вернулись, за окнами уже густел вечер. Дарина положила справку на кухонный стол рядом с распечатанными фотографиями черновых смет.

— Собирай сумку. На одну ночь.

— Куда?

— К человеку, который не отдаст тебя Мирону по первому звонку. Подруга, коллега, кто угодно.

Олеся горько усмехнулась.

— У меня нет подруг. Он всех отвадил. Говорил, что они тянут меня вниз. Есть только Галина Павловна, заведующая библиотекой. Она одна живет.

— Подходит. Звони.

— Что я ей скажу? Уже поздно.

— Скажешь, что дома авария. Прорвало батарею, вода по полу, сантехники едут, а тебе нужно переждать ночь и спасти архивные материалы. Набирай.

Олеся послушно достала телефон. Гудки тянулись бесконечно.

— Галина Павловна, простите, что так поздно. Это Олеся. У нас авария, трубу прорвало. Да, я одна, Мирон на объекте. Можно я к вам приеду до утра? Спасибо. Я скоро буду.

Она сбросила вызов и посмотрела на Дарину.

— Она ждет. Поехали со мной. Пожалуйста. Снимем комнату, найдем адвоката, подадим на развод. Ты не видела его в настоящей ярости.

— Сбегают те, кто должен. Мы ему ничего не должны.

— Он себя не контролирует.

— Зато я контролирую. Этого хватит. Доставай свой старый серый кардиган.

— Зачем?

— Нужен силуэт. В полумраке он должен увидеть не меня, а привычную мишень.

Олеся дрожащими руками принесла безразмерный вязаный кардиган.

— Дарина, прошу…

— Отставить панику. Слушай инструкцию. Едешь к заведующей. Телефон выключаешь в такси полностью. Никаких сообщений, никаких проверок. Завтра ровно в девять утра открываешь дверь своим ключом. Поняла?

— Поняла.

— Выполняй.

Входная дверь закрылась за Олесей. Дарина осталась одна в квартире, где страх еще висел в воздухе, но уже перестал быть хозяином…