Свекровь приехала «похозяйничать» и оставила невестке список из двадцати дел, но один телефонный разговор изменил её планы.
Вчера вечером свекровь долго думала о том, что молодой жене сына Оксане слишком легко живется. Она слишком часто улыбается и почти не жалуется на усталость.
В понимании Людмилы Васильевны настоящая хозяйка в субботу должна напоминать многорукого Шиву с тряпкой, половником, утюгом и пылесосом наперевес. А Оксаночка на прошлых выходных обмолвилась, что они с Максимом ходили гулять в парк. В парк! В субботу! Когда окна не мыты с сентября и шторы наверняка не стираны.
«Привет, мой хороший, а где супружница твоя? Спит, небось, до обеда, как барыня?» — Людмила Васильевна протиснулась в коридор, сразу сканируя углы на предмет сборища пыли. В ней уже бурлила заготовленная речь о том, как правильно натирать зеркала скомканной газетой, чтобы не было разводов, и как замачивать гречку для наваристого супа.
Она предвкушала, как Оксаночка выйдет, зевая, а свекровь тут как тут, с укоризненной, но доброй улыбкой: «Учись, невестушка, пока я жива, как уют в доме наводить».
«Да не знаю». Максим почесал волосатый живот. «Пойду на кухню посмотрю, может, за хлебом вышла».
Людмила Васильевна, скинув туфли, уверенным шагом генеральши двинулась следом. На кухне было пусто…
