Жена вернулась из клиники с новостью о беременности, но звонок врача на следующий день всё изменил

Я смотрел на эту постановку почти отстраненно. Еще недавно ее дрожащие руки могли бы заставить меня сомневаться, но теперь я видел, как точно рассчитана каждая деталь: строгий костюм, подчеркнутый живот, усталый наклон головы, тихое дыхание женщины, которую будто бы довели до отчаяния. В зале находились обычные люди, и для них такая картина работала безотказно. Оксана всегда умела вызывать желание защитить ее, и сегодня она снова пыталась превратить это умение в юридический аргумент.

Они начали агрессивно. Требовали признать имущественные претензии Оксаны, заморозить основные счета компании «Основа-Буд», подтвердить обязательства по субподрядным договорам, которые я якобы осознанно подписал. Особое удовольствие им доставляло описание моего «неадекватного поведения»: публичное увольнение Назара, драка, вспышки ревности, психологическое давление на беременную супругу. Меня рисовали опасным, сломленным человеком, которого нужно срочно ограничить в управлении фирмой.

Слушать это было неприятно, но уже не больно. Я понимал, что они используют именно те декорации, которые мы сами им оставили: синяк Назара, приказ охране, мое молчание, Оксанин платочек. Для внешнего взгляда картина действительно складывалась удобная. И чем увереннее они ее рисовали, тем важнее было не вмешиваться. Савчук слегка коснулся моего локтя, когда я однажды хотел поднять голову, и этого движения хватило: время еще не пришло.

Я слушал и почти физически чувствовал, как ловушка, подготовленная для меня, раскрывается на глазах. Артем Савчук сидел рядом невозмутимо, делал короткие пометки и не перебивал. Когда адвокаты Оксаны наконец исчерпали первый поток обвинений, он поднялся. Его голос был негромким, но в нем появился металл.

— У стороны защиты появились новые обстоятельства и доказательства, имеющие прямое отношение к делу, — сказал он. — Прошу приобщить материалы и вызвать свидетелей, без которых это дело невозможно рассматривать как обычный имущественный спор.

Адвокаты Мирона переглянулись с ленивыми улыбками. Они думали, что мы тянем время. Затем дверь зала открылась, и внутрь вошел Назар. За ним — Леся с папками, Дарина с холодным спокойным взглядом и бледный Степан, который уже не походил на человека, уверенного в собственном спасении…