На свадьбе жених прошептал мне жестокую правду, но мой ответ изменил всё

— прорычал он мне в лицо, больше не заботясь о том, кто слышит. — Что ты устроила? Решила меня опозорить? Меня?

— Опозорить? — я усмехнулась холодно. — Нет, Артем. Я просто называю вещи своими именами.

Через несколько секунд рядом с нами оказался Виктор Громов. Он был ниже сына, но от него исходила такая тяжелая, давящая власть, что люди вокруг сами расступались, будто боялись задеть его плечом.

— В комнату для молодоженов. Немедленно, — приказал он.

Двое охранников в темных костюмах перегородили путь любопытным. Артем резко потянул меня за собой. Я не сопротивлялась. Платье цеплялось за ковер, длинный шлейф волочился следом, словно сломанное крыло.

Дверь за нами захлопнулась. Комната была украшена цветами, на столиках стояли бокалы и бутылки шампанского. Здесь все было подготовлено для красивых фотографий, романтических тостов и первой брачной ночи. Но сейчас это место больше походило на комнату для допроса.

Артем отшвырнул мою руку.

— Объясняй, что это было! Ты совсем потеряла голову?

— Это ты объясни, — ответила я спокойно, прислонившись к стене. — Что за новость о разорении моего отца ты решил сообщить мне у алтаря?

Виктор Громов сделал шаг вперед. Его маленькие жесткие глаза буквально впились в меня.

— Девочка, ты, кажется, не понимаешь, куда влезла, — произнес он тихо. Но в этой тишине звенела сталь. — Это была деловая договоренность. Твой отец больше не представляет интереса. Сделка отменена. Ты должна была уйти тихо, получив достойную компенсацию за испорченные ожидания. А вместо этого устроила балаган.

Я коротко рассмеялась.

— Балаган? Виктор Сергеевич, балаган устроили вы. Давление на партнеров, фальшивые бумаги, попытка забрать чужой бизнес через подставные решения. Вы правда думали, что никто ничего не заметит? Решили, что мой отец старый простак и его можно провести одним движением руки?

Громов-старший нахмурился. Впервые за весь вечер его уверенность дала трещину.

— Откуда ты…