Три ночи подряд волчица приходила к одной могиле, и лесник решил узнать причину её странного поведения.

Когда стемнело, Данило снова поднялся на кладбище. Новый холм уже чуть осел, как и положено свежей земле. Крест стоял ровно. Платок на нём тихо шевелился от слабого ветра. За лиственницей темнело засыпанное место, где ещё недавно зияла осыпь и куда три ночи подряд приходила волчица.

Данило поставил у креста маленький жестяной фонарь, зажёг внутри свечу и отступил на шаг. Никаких красивых слов он не нашёл. Да они, наверное, и не были нужны. Он просто постоял рядом, пока огонёк ровно дрожал за мутным стеклом, потом поднял лопату на плечо и пошёл к калитке.

У самого выхода его остановил тихий шорох со стороны леса. Данило обернулся.

На границе между чёрными стволами мелькнула серая тень. Волчица не вышла на открытое место и не приблизилась. Она только остановилась на мгновение. У её ног что-то едва заметно шевельнулось — маленькое, низкое, ещё неуверенное.

Потом обе тени скользнули в темноту и исчезли.

Данило смотрел им вслед, пока лес снова не стал неподвижной стеной. Потом перехватил лопату поудобнее, закрыл за собой кладбищенскую калитку и пошёл домой не через посёлок, а старой тропой вдоль леса. Той самой, которой ходил всегда.