Все были уверены, что этот союз обречён, но брачная ночь неожиданно изменила всё
— Если она откажется, — сказал мой отец сухим голосом, — я заставлю её понять, что поставлено на карту.
Эта фраза ранила меня сильнее всех остальных.
Не потому что удивила меня, а потому что подтвердила. В глубине души он по-прежнему готов использовать меня. Священник выдержал короткую паузу, прежде чем ответить.
— Не давите на неё слишком сильно. Герцог, кажется, более внимателен к ней, чем ожидалось.
Я почувствовала, как у Родриго напряглись скулы.
— Это изменится, когда он узнает, кем на самом деле была её мать, — добавил духовник.
Мои мысли оборвались. Моя мать.
На одно мгновение я забыла даже о страхе. Моя мать умерла, когда я была ребёнком. От неё у меня остались лишь смутные воспоминания.
Тёплые руки, запах лаванды, старинная песня в дождливые вечера. Мой отец никогда не выносил, когда упоминали её имя. Он всегда говорил, что ворошить прошлое — значит делать женщин слабыми, а мужчин глупыми.
Какое отношение моя мать имела к этой ночи?
— Это дело давно похоронено, — ответил отец со сдерживаемым раздражением.
— Похороненные дела в династиях редко остаются в покое, — возразил священник. — И если герцогиня узнает о своём происхождении до того, как мы найдём архив, возникнут осложнения.
Архив. Это слово разрезало темноту, как лезвие.
Старый архив. Место, куда Клара хотела нас отвести. Мы с Родриго поняли одно и то же одновременно.
Они тоже знали об архиве и искали его. Шаги начали удаляться.
— Ищите в малой часовне, — тихо приказал отец уже на некотором расстоянии. — Если девушка с ним, рано или поздно им придётся пройти там.
Мы ждали в абсолютной тишине, пока их голоса не исчезли. Только тогда Родриго снова зажёг лампу, прикрывая пламя, чтобы оно не светило слишком ярко.
Его лицо казалось суровым, как никогда.
— Мы не можем идти в архив по намеченному коридору.
Я всё ещё была во власти одной-единственной фразы.
— Моя мать.
Он посмотрел мне прямо в глаза.
— Да. Что этот человек имел в виду?
— Я не знаю всего, но он явно что-то знает.
Родриго заколебался, и этого сомнения было достаточно.
— Я знаю, что ваша мать была не просто женой разорившегося дворянина, — ответил он наконец. — Много лет назад я слышал о пропавшей даме из отстранённой ветви королевского дома Лирионы. До этой ночи я никогда не связывал те слухи с вами.
Я непонимающе посмотрела на него.
— Вы хотите сказать, что моя мать принадлежала к королевской крови?
— Я хочу сказать, что, возможно, и вы тоже.
Коридор, казалось, накренился у меня под ногами. Мне пришлось опереться одной рукой о стену, чтобы не потерять равновесие. Всё, что я, как мне казалось, знала о своей жизни, начало беззвучно рушиться.
Моё скромное детство, упадок моего дома, поспешность, с которой мой отец согласился на этот брак, настойчивость духовника, архив. Это не было случайностью. Это была цепь, и кто-то выковал её задолго до моего рождения.
Родриго подошёл ко мне.
— Каталина, посмотрите на меня.
Я посмотрела.
— Теперь вы понимаете, почему я не могу оставить вас одну.
— Мой отец отдал меня, зная всё это?
Это прозвучало не как вопрос, а как рана. Родриго не пытался смягчить ответ ложью.
— Похоже, да.
Я на миг закрыла глаза.
Когда я открыла их, дрожь всё ещё была там, но она изменилась. Это был уже не просто страх. Это было нечто иное.
Чистая, холодная ярость. Совсем не похожая на отчаяние девушки, которая вошла в часовню несколько часов назад.
— Тогда мы пойдём в архив, — сказала я.
Он нахмурился.
— Они только что сказали, что ищут именно его.
— И там находится правда о моей матери, об этом браке и о том, чего они от меня хотят. Я больше не стану подчиняться мужчинам, которые думают, что могут двигать мной как пешкой.
Родриго молча наблюдал за мной. На этот раз, когда он заговорил, его голос уже не был голосом человека, защищающего свой долг. Это был голос того, кто принимает меня за равную посреди бури.
— Хорошо. Но мы пойдём по пути, который знаем только мы с Кларой.
Я кивнула.
И тут произошло нечто неожиданное. Возможно, это был страх. Возможно, предательство моего отца.
Возможно, то, как Родриго оставался рядом со мной в темноте, пока всё остальное рушилось. Я не думала. Просто подняла одну руку и схватила его за предплечье.
Он опустил взгляд на мои пальцы, а затем снова посмотрел на меня.
— Не лгите мне, — тихо сказала я. — Что бы ни случилось в этом архиве, не скрывайте от меня правду.
Повисла долгая неподвижная тишина. Затем Родриго медленно накрыл мою руку своей.
— Клянусь вам.
Это не была придворная клятва. Это было нечто более глубокое, более опасное. И как раз в тот момент, когда он убрал руку, чтобы повести меня за следующий поворот коридора, вдалеке зазвонил дворцовый колокол.
Один. Два. И перед третьим ударом колокола женский крик разорвал тишину со стороны благородного крыла.
Пронзительный, полный ужаса крик невозможно было ни с чем спутать. Родриго тут же вскинул голову.
— Это было из наших покоев…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
